«MIT, Siemens и Cisco помогали его строить. А управляют им госорганы РФ».
— О «Сколково», самом опасном инновационном проекте России
Куда ВЕДЕТ СЛЕД
След в блокчейне, проходящий через Фонд борьбы с коррупцией Навального, обрывается не в произольном серверном шкафу, а приводит к конкретному адресу на окраине Москвы. Это место с сияющим кампусом, престижным международным советом директоров и соглашением о партнерстве с первоклассным американским институтом MIT. Место, которое продавалось миру как российский ответ Кремниевой долине (она же Силиконовая долина).
РЕКЛАМНое ПОЗИЦИОНИРОВАНИЕ
Когда в 2010 году Россия запустила проект «Сколково», месседж международному сообществу был тщательно проработан: «Привозите свои технологии, свой опыт, свою репутацию. Вместе мы докажем, что Россия открыта, современна, способна конкурировать, и готова играть на глобальном рынке инноваций по общим правилам».
Имена тех, кто подписался под этим проектом, поражали воображение. В совет фонда вошел Эрик Шмидт, тогда бывший председателем совета директоров компании Google. Сопредседателем стал экс-глава Intel Крейг Барретт, и к нему присоединились Джон Чемберс из Cisco и президент Siemens Петер Лёшер. А академическое сердце комплекса Сколтех создавался в прямом партнерстве с MIT. Запад не просто снисходительно наблюдал за «Сколково». Он одобрял его, финансировал и делился авторитетом самых узнаваемых брендов в мире технологий.
Инновационный центр «Сколково», Москва — аэрофотосъемка, 2018 год. Проект презентовался мировому сообществу как российская Кремниевая долина.
«Чего эти люди не знали — или предпочитали не замечать, — это того, кто действительно управлял «Сколково», и для каких целей оно создавалось на самом деле».
В ЧЬИХ РУКАХ ПРОЕКТ
«Сколково» было создано президентским указом. Попечительский совет фонда возглавил лично Дмитрий Медведев. Операционным руководителем стал Виктор Вексельберг — один из влиятельнейших российских олигархов (попавший под санкции Минфина США в 2018 году). Сегодня должность сопредседателя занимает Аркадий Дворкович, бывший вице-премьер правительства РФ.
Но есть еще один человек — Владислав Сурков, именно на нем и сосредотачивается наше расследование. Главный политический стратег Путина, архитектор доктрины российской информационной войны и человек, которого называют автором концепции «гибридной агрессии», перекроившей геополитику после 2014 года. Сурков находился в совете директоров «Сколково» не ради проформы. Его присутствие было четким сигналом: этот проект подчиняется совсем другой власти, нежели та, что прописана в его уставных документах.
В 2020 году любые двусмысленности относительно истинной природы «Сколково» были сняты официально. Фонд интегрировали в структуру ВЭБ.РФ — государственную корпорацию развития и один из главных инструментов Кремля для управления стратегическими экономическими проектами. В период с 2013 по 2024 год проект получил 177 миллиардов рублей напрямую из федерального бюджета, и еще 570 миллиардов — в виде внебюджетного финансирования.
Перед нами не экосистема стартапов. Это государственная программа с гражданским лицом.
«СКОЛКОВО» КОРОТКО
- Западные партнеры: MIT, Google (Эрик Шмидт), Intel (Крейг Барретт), Cisco (Джон Чемберс), Siemens (Петер Лёшер).
- Руководитель: Виктор Вексельберг — находится под санкциями Минфина США с 2018 года.
- В совет входил: Владислав Сурков — главный политический стратег Путина и архитектор доктрины российской гибридной войны.
- Госфинансирование (2013–2024 гг.): 177 миллиардов рублей из федерального бюджета плюс 570 миллиардов рублей внебюджетных средств.
- Интеграция в госструктуры: в 2020 году полностью включено в состав ВЭБ.РФ (государственного банка развития России).
ИСТИННОЕ НАЗНАЧЕНИЕ ЗАМЫСЛА «СКОЛКОВО»
Официально «Сколково» существует для коммерциализации новых технологий и снижения зависимости России от природных ресурсов. Пять его кластеров — биомедицина, IT, космос, ядерные технологии и энергоэффективность — создавались для привлечения мировых талантов и построения независимой инновационной экосистемы. Официальная версия звучит складно, и она действительно щедро профинансирована и давно отрепетирована.
Неофициальная история развивается параллельно и куда интересней. Исследования в ядерной, космической и IT-сферах имеют прямое военное назначение — а грань между гражданскими инновациями и разработкой оружия изначально намеренно размыта. После ужесточения санкций в 2014 году «Сколково» расширило свои функции, став механизмом для получения доступа к западным технологиям через академические и коммерческие партнерства, которые привлекают гораздо менее пристальное внимание регуляторов, чем прямые государственные закупки.
Бизнес-партнерства и академические обмены служили ширмой для сбора разведывательных данных — вербовки иностранных специалистов и извлечения запатентованных знаний под видом сотрудничества. На геополитическом уровне проект позволил России углубить технологические связи с Китаем, Индией и ОАЭ, выстраивая параллельные инновационные экосистемы, предназначенные для работы вне западного контроля.
И, наконец, у центра есть функция, которую наше расследование задокументировало напрямую: управление скрытой криптовалютной сетью, работающей через техническую инфраструктуру «Сколково» и обслуживающей финансовые интересы российского государства. В эти интересы входят и финансовые операции вокруг Фонда борьбы с коррупцией Навального — как было доказано в первой части расследования.
«Троянского коня не пришлось завозить тайно. Его добровольно вкатили через главные ворота — с западными именами на бланках и западными деньгами в бюджете».
УСЛОВИЯ, КОТОРЫЕ СДЕЛАЛИ ЭТО ВОЗМОЖНЫМ
«Сколково» функционирует в рамках правового режима, аналогов которому в России нет. Налоговые льготы, таможенные преференции, упрощенные регуляторные процедуры. Особый миграционный режим для иностранных специалистов. Профильные подразделения госорганов непосредственно внедрены в структуру комплекса и подчиняются его внутреннему руководству, а не стандартной вертикали государственной власти.
Эти условия создавались для того, чтобы сделать «Сколково» конкурентоспособным Кремниевой долине. На практике же они сформировали нечто совершенно иное: зону, где привычный надзор не работает в полной мере, где финансовые операции отследить гораздо сложнее, а стандартные механизмы институциональной прозрачности структурно ослаблены. Для операций, требующих перемещения криптовалюты без привлечения лишнего внимания, особая экономическая зона «Сколково» — случайно или намеренно — оказалась близка к идеалу.
ЧТО ДАЛЬШЕ
Разбор и понимание устройства «Сколково» — это не просто предыстория. Это тот самый ключ, который открывает дверь ко всему последующему повествованию.
Напомним что наше расследование доказывает, что криптовалютные транзакции, связанные с ФБК Навального, администрировались с IP-адресов «Сколково». Речь идет не о нейтральном технологическом кампусе, а об объекте под прямым контролем Администрации Президента. «Сколково» возглавлял олигарх Сурков, которому пришлось уступить пост с момента попадания под санкции в 2014. Этот комплекс официально интегрирован в главный институт развития России и действует — как показывает блокчейн — в качестве нервного центра финансовой сети, проникшей в самое сердце российского оппозиционного движения.
В следующей части мы проследим за самими деньгами. Конкретные транзакции. Реальные адреса кошельков. Точный маршрут, который проделывали средства из зарегистрированных в «Сколково» кошельков через западную финансовую инфраструктуру прямо на публичные счета Фонда борьбы с коррупцией. Блокчейн зафиксировал каждый шаг. И то, что эти следы будут обнаружены, явно не входило в их планы.
СЛЕДУЕТ: «ФАЙЛЫ СИСТЕМЫ» | ЧАСТЬ 3 | «Из России с наличными»