Как ближайшее окружение Путина выстроило юридически непробиваемую систему, позволяющую и сегодня получать миллиарды из торговли с ЕС — пока Брюссель спорит о том, можно ли это остановить.

Когда в декабре 2024 года The Insider опубликовал расследование о том, как приближённые Путина продолжают зарабатывать миллиарды на торговле с Европой, реакция последовала быстро: ЕС признал проблему, пообещал устранить лазейки и расширил санкционные списки. Четыре месяца спустя картина стала сложнее — и тревожнее.

Одни лазейки немного сузились. Другие — расширились. ЕС ужесточил несколько механизмов обхода санкций, однако при этом согласился — осознанно — разморозить активы, чтобы компенсировать австрийскому банку проигрыш в российском суде. А новое расследование, опубликованное в марте 2026 года, показывает: глинозём с ирландского завода, принадлежащего олигарху под санкциями, оседает на производственных линиях российских крылатых ракет.

То, что в 2022 году было «лазейкой», к 2026-му превратилось в выстроенную стратегию — с юристами, подставными компаниями и договорами обратного выкупа, написанными так, чтобы выдержать любую правовую проверку.

Правило, которое объясняет всё: порог в 50%

Чтобы понять, как олигархи под санкциями продолжают получать прибыль от торговли с Европой, нужно усвоить одно ключевое правило: санкции против физического лица не распространяются автоматически на компанию, в которой он владеет менее чем 50% акций.

В июле 2024 года ЕС уточнил эту норму: теперь порог составляет ровно 50% и учитывает совокупные доли — то есть если два акционера под санкциями владеют 30% и 25% соответственно, компания блокируется. Но пока прямое владение остаётся ниже 50%, компания торгует свободно.

Олигархи поняли это правило раньше, чем ЕС успел его официально опубликовать. Многие заблаговременно снизили свои доли до уровня, позволяющего работать беспрепятственно — не через реальную продажу акций, а сохраняя контроль через договоры обратного выкупа, номинальных акционеров и лояльных членов советов директоров.

Способ обхода	Как работает	Кто использует
Снижение доли до 49%	Продажа доверенному лицу с правом обратного выкупа	Усманов, Мельниченко
Перевод на членов семьи	Супруга, дети, родители — все вне санкционных списков	Литвиненко/ФосАгро, семья Скоч
Швейцарская или эмиратская прокладка	Экспорт через нейтральную компанию-посредника	Русал/Швейцария, Металлоинвест/Дубай
Дочернее предприятие в ЕС вне санкций	Европейский завод в прямой собственности — и не в списках	Дерипаска/Aughinish, Kubikenborg

Портреты: что изменилось с декабря 2024 года

1. Олег Дерипаска — от ирландского глинозёма до российских ракет

Дерипаска — ключевой случай 2026 года. Лично он находится под санкциями ЕС, Великобритании, США и Австралии, но «Русал» — где ему принадлежит около четверти акций — продолжает работать без ограничений.

Март 2026 года: совместное расследование iStories, OCCRP и The Irish Times восстановило всю цепочку поставок. Завод по производству глинозёма Aughinish Alumina в ирландском графстве Лимерик — крупнейший в Европе — отправляет сырьё на плавильные заводы «Русала» в Красноярске. Там из глинозёма выплавляется алюминий. Затем торговая компания ASK продаёт этот алюминий более чем 40 компаниям «Ростеха», попавшим под санкции ЕС, — производителям зенитных ракет, реактивных систем залпового огня и стратегических бомбардировщиков. По данным утечки, с февраля 2022 по апрель 2025 года ASK заработала на поставках российскому ВПК около 337 миллионов долларов.

Глинозём не входит в перечень санкционных товаров ЕС. Его продажа в Россию не запрещена — даже если он в итоге оказывается, шаг за шагом, на производственной линии ракеты, которая поразит украинский город.

Швеция: в марте 2026 года шведская прокуратура возбудила уголовное дело против руководителей алюминиевого завода Kubikenborg — принадлежащего «Русалу» — по подозрению в нарушении санкций ЕС. С 2022 года завод принёс «Русалу» около 72 миллионов долларов, часть из которых могла пойти на финансирование производства оружия.

Из Брюсселя — неожиданный поворот: в проекте 19-го пакета санкций ЕС (октябрь 2025 года) фигурировал план разморозки акций Strabag, связанных с Дерипаской, стоимостью около 2 миллиардов евро — в качестве компенсации Raiffeisen Bank International по решению российского суда. Иными словами: ЕС рассматривал возможность вернуть Дерипаске экономическую выгоду, добытую именно через ту судебную систему, противодействие которой и было целью санкций.

2. Алишер Усманов — сеть, которая не останавливается

Усманов снизил свою долю в USM Holdings до 49% ещё до введения санкций. В 2025 году США и Великобритания усилили давление — OFAC включил в списки 25 физических лиц и 29 организаций, помогавших управлять его активами, в том числе лихтенштейнскую трастовую компанию Sequoia Treuhand Trust.

Но «Металлоинвест» — крупнейшая железорудная компания России — продолжает экспортировать в ЕС. Только за первое полугодие 2024 года Лебединский ГОК продал продукции примерно на 150 миллионов долларов в Италию, Испанию и Польшу. Деловой партнёр Усманова в «Металлоинвесте», депутат Государственной думы Андрей Скоч, находится под санкциями — но бизнес оформлен на его отца Владимира и дочь Варвару, которые ни под какие ограничения не попадают.

3. Гурьев-Литвиненко и ФосАгро — когда жена служит щитом

ФосАгро, крупнейший производитель фосфорных удобрений в России, продолжает экспортировать в ЕС. Причина: Владимир Литвиненко — научный руководитель диссертации Путина, владеющий более чем 19% компании, — не находится под санкциями. Его жена Татьяна, которой он в 2022 году переписал более 20% акций, также не попала в списки.

ЕС ввёл санкции против гендиректора Андрея Гурьева-младшего, который покинул пост. Но семья Гурьевых по-прежнему контролирует около половины ФосАгро через трасты и кипрские холдинговые структуры. Сам Литвиненко — чьё состояние с 2022 года удвоилось до 3 миллиардов долларов — продолжает обеспечивать компании политическое прикрытие.

Финляндия, через которую проходит часть поставок, направила запрос в таможенную службу: как экспорт олигарха продолжает транзит? Ответ: «Если мы не можем доказать, что товар, лицо или компания находятся под санкциями, мы не вмешиваемся».

4. Тимченко и СИБУР — победа в венском суде, экспорт продолжается

Геннадий Тимченко — которого принято называть «кошельком Путина» — владеет 23,49% «Новатэка» и 17% СИБУРа. Крупнейший акционер, Леонид Михельсон, под санкциями ЕС не находится. СИБУР торгует свободно.

Суд ЕС отклонил апелляции Тимченко и его жены, оспаривавших включение в санкционные списки, — признав ограничения законными. Но на практике это ничего не изменило: СИБУР продолжал поставлять пропан-бутан в Польшу, Латвию, Нидерланды, Словакию, Румынию и Венгрию. Только за первое полугодие 2024 года — на 119 миллионов долларов.

5. Абрамович и «Норникель» — «нейтральный», но экспортирует

Роман Абрамович — защищённый от американских санкций по просьбе Зеленского в 2022 году как посредник в мирных переговорах — владеет 28,64% в Evraz и долей в «Норникеле». Обе компании продолжают экспортировать в Европу.

«Норникель», крупнейший в мире производитель никеля и палладия, возглавляет Владимир Потанин — не попавший в санкционные списки ЕС. В Финляндии в 2025 году продолжались публичные дискуссии вокруг завода Norilsk Nickel Harjavalta, косвенно направляющего десятки миллионов евро в сторону Кремля.

Цифры: только металлы — 2 миллиарда евро в 2025 году

Несмотря на все пакеты санкций, в 2025 году ЕС закупил у России металлов примерно на 2 миллиарда евро — преимущественно полуфабрикаты из стали. Ирландский экспорт глинозёма в Россию вырос на 55% в 2024 году по сравнению с 2023-м.

Компания	Что экспортируется в/через Европу	Оценочный объём 2024–2025
Русал (Дерипаска, ~25%)	Глинозём из Ирландии в Россию; алюминий в Германию, Чехию, Францию	$376 млн (Ирландия→Россия, 2024)
Металлоинвест (Усманов, 49%)	Железная руда в Италию, Испанию, Польшу	$150+ млн (I пол. 2024)
ФосАгро (Гурьев-Литвиненко)	Фосфорные удобрения в Нидерланды, Германию, Францию, Румынию	Не раскрывается
ЕвроХим (Мельниченко)	Удобрения в Бельгию, Литву, Италию, Испанию	Не раскрывается
СИБУР (Тимченко/Михельсон)	Пропан-бутан в 8 стран ЕС	$119 млн (I пол. 2024)
Evraz (Абрамович, 28,6%)	Сталь во Францию и Чехию	Не раскрывается

Что остаётся нерешённым: три незакрытые лазейки

Первая — «контроль» против «владения»: ЕС признаёт «контроль» (например, право назначать директоров) основанием для блокировки — но доказать контроль куда сложнее, чем владение. Олигархи используют сложные коммерческие конструкции, специально написанные так, чтобы не подпадать под юридическое определение «контроля».

Вторая — ответственность нейтральных посредников: Когда глинозём проходит через швейцарскую нейтральную компанию, ЕС должен доказать прямую связь — а это коммерчески или юридически заблокировано.

Третья — гонка между расширением санкций и переводом активов: Каждый раз, когда кого-то вносят в список, есть часы или дни, в которые активы можно перевести. Расследования OCCRP указывают на то, что переводы планировались заблаговременно — до официального включения в список.

До тех пор пока не введено обязательное раскрытие информации о конечных бенефициарах, а российские суды могут обязывать западные банки переводить активы — игра продолжается.

Источники

iStories / OCCRP / The Irish Times, март 2026 г.: расследование цепочки Aughinish–Русал–Ростех.
The Insider, декабрь 2024 г.: исходное расследование о миноритарных акционерах.
RBC Украина, октябрь 2025 г.: закупки металлов ЕС у России.
OFAC, 2025 г.: обозначения сети Усманова (25 физлиц, 29 организаций).
Шведская прокуратура, март 2026 г.: уголовное дело против Kubikenborg.
Заявление таможенной службы Финляндии о транзите ФосАгро.
Решение Суда ЕС по апелляциям Тимченко, 2025 г.